У русского народа есть одно замечательное свойство – если уж что-то понравилось, то приживается оно быстро и накрепко, а через какое-нибудь столетие-другое считается исконно русским. Сегодня по всему миру гуляют словечки, которые воспринимаются не иначе как русскими и с удовольствием разучиваются иностранцами, хотя осели эти самые словечки в русском языке после нашествия небезызвестного ига. Что-то похожее произошло и с балалайкой.

         Название этого инструмента, да и сам инструмент, скорее всего, имеют татарское происхождение. Балалайка-балаболка, вероятнее всего, за свой весёлый нрав в отличие от заунывного напева волынки пришлась по душе русскому мужику. Некоторые исследователи считают, что балалайка – это переделанная азиатская домра. Отличает балалайку от домры только форма корпуса. У балалайки корпус треугольный, и выбрана эта форма только потому, что её делать проще. Может, это и не делает чести русскому народу, но как бы там ни было, балалайка прижилась на Руси. Да и как не прижиться. Надо же было хоть чем-то скрасить своё безрадостное житьё. Да и смастерить её было несложно.

         Делали балалайку из того, что было под рукой, благо недостатка в соснах на Руси никогда не было. Кстати, есть мнение, что балалайка прижилась вначале именно в восточных и северных районах России, а потом уже перекочевала через Урал в западную часть России. Незамысловатый инструмент о трёх (а то и только двух) струнах, словно скоморох или балагур, веселил народ на гуляньях и ярмарках. Правда, государю он чем-то не угодил, может, именно тем, что веселил. И Алексей Михайлович велел ломать и жечь ни в чём неповинный инструмент. Так балалайка оказалась в опале. Невзлюбила её и церковь, впрочем, как и другие народные инструменты, называя их сосудами бесов, вероятно за всё тот же весёлый нрав. Потом не раз в своей жизни балалайка переживала то всплеск интереса к ней, то забвение. На её счастье оказался у балалайки на Руси свой защитник и благодетель – скрипач Василий Андреев. Он не только усовершенствовал инструмент, но и создал целую серию, или как сказали бы сегодня линейку, инструментов разного размера и тембра. И покорили эти балалайки в составе народного оркестра весь мир. Для иностранцев балалайка вместе с матрёшкой однозначно ассоциируется с Россией.

Со времени Петра I мода на всё иностранное так захлестнула Россию, что исконно русскому не осталось просто места. Порой доходило до абсурда ? многие русские княгини с трудом говорили по-русски. Отрадно, что находились в России люди, даже среди царствующих особ, которые пытались вернуть ей самобытность. В частности императором Александром III было приложено немало усилий, чтобы возродить русское в культуре вообще и в музыке в частности. Безусловно, одного желания императора было недостаточно, нужны были личности, которые бы поддержали эту идею. И они, конечно, нашлись.

В Петербурге в ту пору жил скрипач Василий Андреев, который увлекался поиском и реставрацией народных инструментов. Интерес к ним со стороны классических музыкантов и аристократической публики был невелик, а точнее его не было совсем. И виной тому была всё та же западная мода. Аристократия той поры ходила в оперу, собиралась в богатых музыкальных салонах. С трудом можно представить в подобных кругах музыкантов с балалайкой или гуслями. Эти инструменты были уделом бедноты. Но молодой скрипач так не считал.