Область симфонической музыки составляют произведения для симфонического оркестра, исполняемые в больших концертных залах. Симфонический оркестр является обязательным участником также оперного и балетного спектакля, исполнения музыкальной комедии и оперетты; без него немыслимы и многие звуковые кинофильмы.

        По глубине и богатству содержания и сложной многоплановости замысла многие симфонические пьесы можно сравнить с драмой, трагедией или же романом. Подобная параллель тем более уместна, что содержание и образы отдельных музыкальных произведений нередко навеяны великими произведениями литературы.

        Среди больших форм симфонической музыки встречаются произведения и одночастные: симфоническая фантазия, увертюра, симфоническая поэма.

        Наряду с этим многие симфонические произведения складываются из нескольких частей, следующих, как правило, в привычном традиционном порядке и образующих цикл. Речь идет о симфонии — жанре, во многом сходном с сонатой, но более широких масштабов и очертаний.

        Подобно сонате, симфония («симфония» — по-гречески «созвучие») также состоит из ряда самостоятельных, ярко контрастных частей, чаще всего трех-четырех, реже — пяти. Это как бы самостоятельные главы романа или акты трагедии. Важнейшая особенность симфонической музыки в том, что идейный замысел произведения — глубокий и значительный — раскрывается в широком и многообразном развитии, подчас противоречивом, напряженно драматическом. Основная музыкальная идея утверждается в процессе борьбы, острых, конфликтных столкновений, видоизменений, порой временных отклонений от основного пути развития.

        Много общего с симфонией имеет концерт — циклическое произведение для какого-либо солирующего инструмента (фортепиано, скрипки и др.) и симфонического оркестра. В XIX веке стали создаваться концертные увертюры, которые «ничему не предшествовали». Стремясь воплотить в музыке сложный духовный мир своих современников, их заветные думы и стремления, передовые музыканты прошлого века и нашего времени порой не удовлетворялись привычными классическими формами. Многие из них отстаивали свободу формы, стремились, говоря словами Листа, «создавать для новых идей новые формы». Рядом со свободно построенными концертными увертюрами рождаются симфонические поэмы, фантазии, рапсодии, баллады, а также симфонические сюиты - циклы картинно-изобразительных или жанрово-бытовых и лирических пьес.

        

Со времени Петра I мода на всё иностранное так захлестнула Россию, что исконно русскому не осталось просто места. Порой доходило до абсурда ? многие русские княгини с трудом говорили по-русски. Отрадно, что находились в России люди, даже среди царствующих особ, которые пытались вернуть ей самобытность. В частности императором Александром III было приложено немало усилий, чтобы возродить русское в культуре вообще и в музыке в частности. Безусловно, одного желания императора было недостаточно, нужны были личности, которые бы поддержали эту идею. И они, конечно, нашлись.

В Петербурге в ту пору жил скрипач Василий Андреев, который увлекался поиском и реставрацией народных инструментов. Интерес к ним со стороны классических музыкантов и аристократической публики был невелик, а точнее его не было совсем. И виной тому была всё та же западная мода. Аристократия той поры ходила в оперу, собиралась в богатых музыкальных салонах. С трудом можно представить в подобных кругах музыкантов с балалайкой или гуслями. Эти инструменты были уделом бедноты. Но молодой скрипач так не считал.